Главная Обратная связь Добавить в закладки Сделать стартовой
В индийской мифологии Вишварупа — гигантский дракон с тремя головами. Вот как он описывается в древнем индийском эпосе «Махабхарата»: «Один лик его подобен солнцу, другой — луне, третий — пламени».Был Вишварупа сыном божественного кузнеца, демона-асура Твашnара (в индийских сказаниях асуры — братья и соперники богов, боровшиеся с ними за владычество над миром). И когда разгорелась война между богами и асурами, Тваштар вместе с Вишварупой выступили против самого царя индийских богов — громовержца Индры и его воинства. В жестокой битве Индра отрубил всетри головы Вишварупы, и, как гласит древняя легенда, «из уст первой отрубленной головы вылетела куропатка; второй — воробьи и ястребы;третьей — стая перепелов».Индийская цивилизация насчитывает многие-многие тысячелетия, она куда старше эллинской, римской. Ее боги и герои разлетелись по всему белу свету, и не исключено, что, попав в Грецию, Тваштар стал богом-кузнецом Гефестом, а громовержец Индра -- царь богов — громовержцем и царем греческих богов — Зевсом. В сказаниях Древнего Рима — они становятся богом-кузнецом Вулканом и громовержцем Юпитером


Оборотень - чудовище существующее во многих мифологических системах. Подразумевается человек умеющий превращаться в животных либо наоборот. Животное умеющее обращаться в людей. Так же, часто таким умением обладают демоны, божества и духи. Классическим же оборотнем считается волк. Именно с ним связывают все ассоциации рождаемые словом оборотень. Это изменение можетпроизойтикак пожеланию оборотня,так и непроизвольно, вызванное,например, определенными луннымициклами или звуками (вой).Оборотни не подвержены старению и физическимзаболеваниям благодаря постоянной регенерации (обновлению) тканей. Поэтому они практически бессмертны. Однако их можно убить, смертельно ранив в сердце или мозг, или иными способами, которые повреждают сердце или мозг (например, через повешение или удушение). Считается что серебро так же смертельно для оборотня. Хотя по своей сущности оборотень является волком,находясь в волчьей форме, он тем не менее сохраняетчеловеческие способности и знания, которые помогают ему убивать. Такие вещи, как определенный выбор жертв, обход ловушек и человеческая хитрость становятся очевидными при расследовании дел, связанных с оборотнями. автор энциклопеди Александрова Анастасия Существует несколько способов стать оборотнем: посредством магии; быть проклятым кем-то, кому вы причинили зло(проклятие Ликаония/Lycaeonia); быть укушенным оборотнем; быть рожденным от оборотня; съесть мозг волка; сделать глоток воды из волчьего следа в земле или из водоема, из которого пила волчья стая; вкусить жареной волчьей плоти;носить одежду, сделанную из волка;родиться в канун Рождества.В первых четырех случаях кровь человека становится зараженной или проклятой. Человек, которая стал оборотнем не по своей воле (рождение, проклятие или укус) не считается проклятым необратимо до тех пор, пока не попробует человеческой крови. Как только он это сделает, его душа будет проклята вечно и ничто не сможет его исцелить. Нодаже если он после этого небудет пробовать человеческуюкровь, его душа не сможет попасть в рай и человек останется на Земледосамой своей смерти, пока на нем лежит проклятие.Оборотней чаще всегоизображают какими-то чудищами; так, например, у греков это - тощий колдун с головой осла и хвостом обезьяны. У них верят, что в мрачные зимние ночи, особенно со дня Рождества до Богоявления, оборотни шастают повсюду и пугают людей.После водоосвящения воздух очищается от этих чудищ, и они мгновенно исчезают.Автор Электронной Мифологической энциклопедии Александрова Анастасия myfhology.narod.ru На разных континентах воображение облекало человека в шкуры различных зверей: леопарда, ягуара, лисы... Но самое распространенное представление об оборотне связано с волком. С человеком, превратившимся в волка или в существо с явными «волчьими» признаками. Иногда становятся хищником по своей воле, но чаще в волка превращают злые посторонние силы. Превращение происходит с помощью подсобных средств: притираний, мазей, пояса или одеяния из волчьей шкуры. Оборотень крупнее и сильнее обыкновенного волка, а главное— преступно любит человечину.Почему волк? На протяжении многих столетий он оставался существом вполне фантастическим — даром что охотники и крестьяне немало знали о его повадках (еще в XX веке волки изредка забегали на улицы, скажем, Парижа). Своеобразие средневековой психологии в том и состояло, что будничные наблюдения нисколько не подрубаликрыльяфантазии. Бестиарий верно подмечали прожорливость и силу волка, умение бесшумно подкрасться к овчарне — и тут же добавляли: от голода волк жрет землю, шея у него «негнучая» — поворачивается он только всем телом; ежели человек завидит волка в лесу первым, тот его не тронет, потеряв всю свирепость от человеческого взгляда; но уж если первым заметит путника волк — пиши пропало, человек теряет дар речи. От древних римлян пришла поговорка о молчуне: «Ты что, волка увидел?» Поверье сохранилось, но христианский бестиарий присовокуплял совет: человек, оцепеневший от страха при виде волка, должен сбросить с себя одежду, найти два камня, стать на сброшенную одежду и колотить камень о камень, пока хищник не уйдет восвояси. Одежду, которую сбрасывает с себя человек, бестиарий уподоблял грехам, два камня обозначали когда апостолов, когда пророков, а порой — и самого Христа. Горе простаку, который воспринял бы эту аллегорию как руководство к действию и вздумал бы пугать настоящего волка своим голым телом.Безоглядно ненавидеть волка человек тем не менее не осмеливался никогда. Что-то, пугая, притягивало.Коварный хищник искони был естественным символом ночи и зимы. даже самой смерти (египетский бог с головой волка провожал умерших в царство мертвых). Но наши далекие предки замечали в волке и какое-то загадочное свойство, роднившее его с солнцем. Проворство? Неутомимость? То, как он «катится» вслед за добычей? Мощь и свирепость — и этого достаточно было, чтобы стать символом солнца?В незапамятные времена многие животные перебывали тотемами. Ни в какого хищника охотники и воины не перевоплощались столь самозабвенно и истово, как в волка: свирепость,выносливость, удачливость зверя восхищали первобытное сознание.Не могло это кончиться добром.Геродот передавал рассказ о некоем североевропейском племени, члены которого ежегодно на несколько дней превращались в волков. Такой «манией величия» страдали многие племена в разных концах Европы. Например, у балтов были воины — слуги бога-волка, которые шли в бой буквально белены объевшись (принятие наркотика было частью ритуала). Во время сражения такие воины в своей галлюцинации счита-ли себя волками. Кое-кто из них безвозвратно застревал в образе волка — и тогда человека-волка убивали, чтобы он не нанес ущерба стадам...Германскиевоины-волки, по преданию, так свирепы, что не нуждались в оружии и убивали врагов своими щитами. Но саги повествуют и о кровожадныхразбойниках. тоже мнивших себя волками. Это не мешало верить, что героические предки со смертью превращаются в волков, и боги скандинавов и германцев — Один,Вотан — сам»» были подобны воинам-оборотням. А конец мира представлялся как пришествие Фенрира — вселенского Волка, который откроет пасть от эемлм до неба и пожрет все и всех (даже Одина). Древние греки начинали с поклонения Зевсу Ликейсиному («ликос»—значит волк) Когда-то этот вол кол сдобны и бог «требовал» человеческих жертв, и лишь позже, во вре-мена олимпийской религии. возник миф о царе Ликаоме, которого Зевс превратил в волка, ибо тот дерзнул угостить верховного бога челове-чьим мясом. Аполлон также был богом-оборотнем, одно из его имен — Ликейос. (В «Илиаде» Гомер называет Аполлона рожденным от волчицы; там же, кстати, следует рассказ о человеке-оборотне). В Аркадии, где Ликаон считался основателем государства и первым царем, проходили пышные празднества — Ликайи, во время которых посвящаемые становились волками на девять лет — после того, как они собственноручноприносили человеческую жертву. Торжественно проходили в Древнем Риме и волчьи празднества — луперсалии: ведь легендарные основатели «Вечного города» были вскормлены волчицей...Здесь какая-то философская бездна: отчего зверь, ничем не угодивший человеку, вновь и вновь оказывается мил человеческому сердцу? Неужели это всегонавсего. как писал Юнг, общность вины за давнее каннибальство? Но какая у нас об-щность вины с сереньким волчком из колыбельной, с Серым волком, помогавшим Ивану-царевичу, с волками, воспитавшими Маугли?.. Другое очевидно. Человек слишком часто прикрывался серой шкурой в поисках силы. ловкости, и самое главное, безнаказанности. Нельзя так долго играть с огнем. И искра привела к пожару. В дальнем углу сознания тлело и временами — то в одном, то в другом человеке разных эпох — вспыхивало особого рода безумие — ликантропия.Состояние, в котором человек воображает себя волком и становится социально опасным, способным на любое насилие и на убийство.Христианство яростно искореняло все волчьи культы как языческие, и в конце концов «положительный образ» волка остался только в фольклоре. Первые отцы церкви решительно отрицали и само вероятие превращения человека в животное, но вот в раннем средневековье теологи заколебались. Святой Бонифаций из Майнца еще не верил, что дьявол способен превратить человека в волка, но уже не сомневался, что человек своей злой волей может стать зверем. Самого сатану все чаще рисовали в облике волка. Люди — божьи овцы, их поглотитель — волк, враг божий... Папские буллы XV века против колдовства и ересей подогревали страсти вокруг перевоплощений дьявола в человеке, а человека — в волка. Первая массовая истерия— выявление и преследование оборотней (в том числе оборотней собак и кошек!) — прокатилась по Европе в XIV веке. Два столетия спустя оборотомания достигла нового пика. Следующая (последняя) массовая вспышка длилась во Франции с 1570 до 1610 года и сопровождалась небывалой «теоретической дискуссией». Покуда крестьяне забивали кольями всех подозрительных прохожих, а суды приговаривали к сожжению одержимых ликантропией (а вкупе и невинно оболганных), ученые мужи писали трактаты, магистерские диссертации и памфлеты на тему оборотничества.Ликантропия оказалась важным оселком для проверки соотношения сил бога и дьявола, а потому и предметом яростных теологических битв. Если бог всесилен, то как он допускает бесчинство дьявола — превращениеим человека в волка? Один ученый восклицал: «Тот, кто смеет утверждать, что дьявол в силах изменить облик творения божьего, тот утратил разум, тот не ведает основ истинной философии». Другой возражал: если алхимик может превратить розу в вишню, яблоко — в кабачок, тогда и сатана способен менять облик человека... силой, данной богом!Самым нашумевшим случаем был процесс в XVI веке над неким Жилем Гарнье, наводившем ужас на жителей северных французских деревушек. По мнению современников, нищий бродяга Гарнье встретил в лесу дьявола, продал ему душу, а взамен получил снадобье, благодаря которому мог превращаться в волка. Так или иначе Гарнье действительно загубил множество душ: насиловал женщин, занимался убийством детей, людоедством, отгрызал у трупов убитых им мужчин гениталии... Его поймали, допрашивали и пытали в Доле в 1574 году. Протоколы допросов и сейчас читаются как детективный роман.Подобных протоколов сохранилось немного, документированы единичные случаи ликантропии из тысяч и тысяч. Психоз «помогал» во времена дичайшего голода: позволял людям или списывать на оборотней людоедство, или же безумием «заслониться» от бога, когда отчаяние приводило к людоедству. Теологические споры завершились выводом, что дьявол не превращает человека в волка, а только одевает его облаком и заставляет других видеть в нем зверя. Рождается оборотень от нормальной женщины, грешившей с бесом. Или с оборотнем. Едва она забеременела — возврата уже нет, дитя обречено темным силам. Более обычный случай появления оборотня:вселение в человека дьявола или колдовство. В обоих случаях жертва никакой силой воли не может справиться с роковой метаморфозой. Можно также заразиться ликантропией при контакте с оборотнем — через порез на коже, если туда попадет слюна человекозверя, или от укуса. (Впрочем, варварский аппетит чудовища редко ограничивается укусом...) В некоторых восточноевропейских преданиях на оборотня нет никакой управы — даже крестом нельзя отвадить! По сербским поверьям, можно обезопасить дом от оборотней, натерев его по щелям чесноком. Убить оборотня можно лишь серебряной пулей или жезлом, благословенным в той или иной церкви...Особые случаи оборотничества — когда зло само ищет выход из человека, и он сам норовит стать монстром. Во время ведьминых шабашей такие люди на перекрестках дорог или опушках леса оставляют клочки своих волос, кожи. капельки крови. Дьявол собирает это приношение и одаряет негодяев особым втиранием, составленным из частей жабы, змеи, ежа, лисицы и, разумеется, волка. В полнолуние мерзавец обратится в оборотня. В быту оборотня можно опознать по запавшим глазам, которые светятся в темноте, по шелудивым ногам, по шерсти на ладони, по тому, что указательные пальцы у них длиннее средних, а при нарождающемся месяце на бедре выступает тайный знак...Оборотню в «большой литературе» не повезло. Сюжет использован доброй сотней писателей — начиная с эпохи романтизма в моду вошло демоническое и иррациональное, и оборотень стал перебегать из романа в роман. Но настоящих удач не было. Даже с конвейера Дюма-отца оборотень вышел какой-то анемичный и совершенно нестрашный... Но зато отыгралось на оборотнях кино! Со своего первого экранного появления в 1913 году человековолк прочно утвердился в массовом кинематографе. В 1981 году приза «Оскар» удостоился герой фильма «Американский оборотень в Лондоне» — «за лучший грим»! Сюжет картины немудрящий, но техническое совершенство съемок сразило даже привычных ко всему зрителей: волчьи клыки, шерсть, морда вырастали прямо на глазах — крупным планом, так сказать. без подделки.Находку поспешили тиражировать в новых фильмах об оборотнях. Как и в других случаях, коммерческий успех в массовом кинематографе одновременно свидетельствует о закате доброго старого мифа...Превращения в волка современный человек боится в последнюю очередь. В круго-верти городских буден не превратиться бы в автомат! Или. как подсказывают те же фантастические кинозрелища, в инопланетянина.Тетоже «произрастают изнутри» человека, узурпируют и тело его и сознание. Хоть волком вой от подобных фантазий! Оборотень как фантастическое существо просуществует еще долго. Наверно, пока жив его основной компонент — человек, существо совершенно фантастическое и непредсказуемое. И только когда ненависть человека к человеку наконец окажется выдумкой, которую мы долгое время — веков сорок — принимали за правду, а недоверие превратится в смешной пережиток, вздорная фантазия о человеко-нечеловеке останется невостребованной.


Сообщения об оборотнях встречаются во множестве древних источников.Еще греческий историк Геродот писал о некоем северном народе нуров,способном превращаться в волков.А в «Слове о полку Игореве» упоминается полоцкий князь Всеслав,который днем суды судил, а ночью волком рыскал.И сегодня приходят письма, рассказывающие об этихзагадочных существах. Стоит ли всерьез относитьсяк подобным историям? Судите сами.

Несколько лет назад в издание, где я работала, пришло письмо из сибирской деревни. Письмо, которое поначалу все сочли за умелый розыгрыш: необычный смысл текста, пожалуй, слишком хорошо совпадал с его стилем - не очень грамотным, усыпанным своеобразными сибирскими словечками. Если не обращать внимания на грамматику, суть послания сводилась примерно к следующему.

«Дорогие друзья!

Пишет вам очень несчастный, еще молодой человек Владимир К-в. Моему горю можете помочь только вы, люди столичные и образованные.

Примерно год назад ночью мне приснился очень яркий, отчетливый сон. Снилось мне, что я вдруг ни с того ни с сего превратился в огромного матерого волка-одиночку, оказался при этом в ночном лесу. Сквозь деревья светила полная, яркая луна, а мною - волком владело только одно чувство: жажда крови... Я должен был убить кого-то живого, впиться в него зубами и когтями. Ничего другого я не чувствовал и не понимал, это было сильнее меня. И при первом же шорохе в кустах я бросился в погоню за добычей... Тогда еще это был обыкновенный заяц. На дворе стояла оcень, я бежал за зверьком, и за мою шкуру цеплялись ветки деревьев. Я настиг добычу и долго терзал ее клыками и когтями...

Проснулся я после этого сна позже обычного, и первое, что ощутил, - страшную усталость. Все мышцы ныли. Но каков же был мой ужас, когда я обнаружил у себя под одеялом мелкие веточки и пихтовые иглы, а под ногтями - запекшуюся кровь! Кроме того, все мое тело было поцарапано, как будто я нагишом продирался сквозь кусты... Значит, это был не сон?

Но если бы на этом все кончилось! С того момента каждый раз в полнолуние я две-три ночи подряд становлюсь оборотнем и охочусь, охочусь - точнее, рыскаю по лесу в поисках очередной жертвы. Я бы, наверно, не обратился ни к кому за помощью, но в последний раз случилось ужасное: моей жертвой стал человек. Мне не хотелось верить в это, когда я «проснулся» на другой день, не хотелось верить, что на этот раз под моими ногтями запеклась человеческая кровь. Но к вечеру по нашей деревне пополз слух, что какой-то невероятной величины зверь задрал насмерть лесничего с соседнего угодья... Я понял, что дальше так продолжаться не может. Я не хочу быть убийцей, я не хочу быть оборотнем, помогите мне, спасите от этого ужаса! Если можно, так, чтоб в деревне не узнали, а то забьют кольями. Мои родители давно умерли, я живу у хозяйки и мне и так уже трудно скрывать от нее, мне кажется, она о чем-то и сама догадывается, но пока молчит. Наверно, боится меня... Помогите!»

Если бы не искреннее отчаяние, прозвучавшее в просьбе о помощи, вряд ли бы вообще этому письму придали значение. А так - решили показать на всякий случай одному известному целителю-экстрасенсу, признанному специалисту по аномальным явлениям. И, как это ни странно, специалист отнесся к письму Владимира крайне серьезно.

«Дайте мне адрес парня, - сказал он. - Речь идет о крайне неприятном, но, возможно, вполне реальном явлении... Гарантировать результат не берусь, но помочь попробую...»

Оговорюсь сразу: спустя примерно полгода мне удалось выяснить, что его труды увенчались положительным результатом. Автор необычного письма перестал «бегать оборотнем» по полнолуниям и навсегда покинул свою глухую сибирскую деревушку, поскольку для его полного излечения требовалась смена климата и обстановки... Так что же реально, а что вымысел или результат живого воображения в этом страшном и явно мистическом явлении?

Легенды об оборотнях бытуют вовсе не только и не исключительно в России. В доброй старой Англии, например, и среди горожан, и особенно в сельской местности ходит масса историй про оборотней - вервольфов. То же можно сказать и о Германии, других европейских странах.

Профессор Рейнского института по изучению нетрадиционной медицины Гельмут Шульц, так же как и упомянутый выше российский целитель, давно уже относится к явлению вервольфов вполне серьезно, считая его наследственным генетическим заболеванием. По его наблюдениям, наиболее часто оборотни (или слухи о них) курсируют в малонаселенной местности, где люди из поколения в поколение живут в довольно замкнутом и небольшом кругу, соответственно, бытуют и родственные браки. «Возможно, - пишет Шульц в одной из своих монографий, - эта болезнь как раз и есть результат кровосмешения... Современная медицина сегодня не в состоянии разобраться в механизме заболевания. Но совершенно очевидна способность оборотней менять на некоторое время свою биологическую форму, не теряя белковой основы...»

Объяснять это явление чисто психической аномалией, когда больной просто ВООБРАЖАЕТ себя оборотнем, отмечает профессор, было бы ошибкой.

Несколько месяцев назад неподалеку от одного из старинных баварских замков объявился вервольф. Документально зафиксирован (на уровне полицейских протоколов) случай, когда в ясную летнюю ночь - опять же в полнолуние - оборотень напал на двоих припозднившихся за полночь туристов-итальянцев. Прыгнуло это чудовище на них из-за кустов, и если бы вместо двоих на дороге оказался один человек, все завершилось бы трагически. Даже двум вполне сильным, молодым и, кстати, вполне трезвым мужчинам не удалось совладать с оборотнем, спасло их то, что они успели позвать на помощь и их услышали. Когда вдали завыли полицейские сирены, отвратительное, по словам туристов, чудовище с рычанием скрылось в придорожных кустах.

Оба итальянца одинаково описывают вервольфа: ужасная волчья пасть с клыками на искаженном «лице», огромные когти, покрытое шерстью вертикальное тело и невероятная, нечеловеческая злоба и сила... Возможно, полицейские и не поверили бы им, если бы не отчетливые следы ранений, особенно у того из туристов, который был ближе к обочине и первым подвергся нападению: «Ощущение, что по его спине прошлись граблями», - так сказал один из полицейских, доставивший истекающего кровью итальянца в ближайшую лечебницу...

Как видим, для того, чтобы выглядеть так, как выглядел напавший на туристов вервольф, да еще обладать столь невероятной, звериной силой, одного больного воображения явно маловато...

Таких свидетельств, как показывают исследования самых разных европейских специалистов, за последние несколько веков накопилось вполне достаточно для того, чтобы отнестись к ним серьезно, а не просто как к народным легендам и сказкам на определенную тему. Кстати, в самом народе к ним и относятся всерьез. Во всяком случае, это касается жителей сельской российской глубинки, с которыми мне самой доводилось говорить на эту тему.

Пожалуй, самой интересной собеседницей среди них оказалась старушка-знахарка из города Агрыз, что под Казанью. Собственно, Агрыз скорее деревня, чем город - маленькая деревянная станция на Казанской железной дороге.

Как ни странно, мнение бабы Сони во многом пересекается с мнением европейских специалистов. Прежде всего, она тоже, говоря об оборотнях, употребляет слово «лечить», считая это болезнью, причем семейной. Утверждает, что сама лично вылечила за свою долгую жизнь троих оборотней, среди которых была одна женщина, по словам бабы Сони, «бегавшая свиньей».

Словом, если попытаться выделить главное, что удалось узнать за несколько лет об этом кошмарном явлении, можно сказать следующее.

Наследственная или нет, но перед нами действительно болезнь. А значит, как всякое заболевание, оно поддается или по крайней мере должно поддаваться излечению. Для этого вовсе не обязательно знать или понимать механизм, в силу которого нормальный человек на несколько часов превращается в чудовище. Но очень важно помнить, что и тут есть свои - народные - способы предохранения. Прежде всего, если вам вдруг начали сниться сны, в которых вы перестаете быть собой (не обязательно оборотнем, возможно, каким-то другим человеком), следует в первую очередь, что называется, «подумать о душе»... Баба Соня начинает свое лечение как раз с того, что заставляет человека покопаться в себе, сверить по религиозным заповедям как можно объективнее и справедливее, правильно ли живет он на свете. Достаточно ли добр к миру, людям, животным, земле... Словом - найти причину, по которойчеловеку вдруг перестает хотеться быть самим собой... Кстати, и европейские специалисты тоже постепенно приходят к выводу, что механизм изменения биологической формы «включается», возможно, неосознанным, но сильным внутренним желанием человека не быть собой. То есть - недовольство собой штука не только неприятная, но еще и опасная... И, наверно, не зря в Библии сказано: возлюби себя и ближнего своего... Любить себя - не на уровне быта, а как личность, как часть Высшего Разума - не только должно, но и нужно. Очевидно, профилактика лечения души и профилактика этого страшного, хотя и, к счастью, редкого явления тесно связаны между собой.

К специалисту - на первом этапе достаточно и обычного экстрасенса или хорошего, думающего психиатра - обращаться надо как можно скорее, не затягивая эту болезнь. Обращаться именно в тот момент, когда начинают появляться странные «чужие» сны. Пока это еще только сны...

Наконец, несмотря на то, что до сих пор совершенно неясно, почему метаморфозы происходят с оборотнями исключительно в полнолуние, помнить об этом надо постоянно, и ни в коем случае в периоды полной фазы Луны не засыпать с незанавешенными окнами. Вообще, стоит позаботиться о том, чтобы шторы в спальне были плотными. Кстати, последнее касается не только тех редких людей, которые склонны к описанному заболеванию, но вообще всех впечатлительных, подвластных дискомфорту и депрессиям, просто нервозных личностей. Как известно с древних времен, полночный свет вечного спутника нашей планеты всегда дурно влияет на спящих, особенно если падает прямо в лицо: порождает тревожные, неприятные сны вплоть до кошмаров, завершающиеся наутро головной болью.

Конечно, оборотни - явление редкое. Но пока полностью не изучен механизм его возникновения, стоит лишний раз задуматься об этом феномене. Как знать, может быть, жажда крови зовет кого-то на ночную тропу и сегодня...



Берегиниживут по берегам рек, они оберегают людей от злых духов, предсказывают будущее, а также спасают маленьких детей, оставшихся без присмотра иупавших в воду.Берегини- бродницы часто указывали путникам, где расположен брод. Однако, ныненужно опасаться и этихдобрых духов, ибо многие из них стали злыми лобастами, когдалюди забыли о Русалиях и перестали следить за чистотой вод. А коли озеро, либо староерусло реки становилось болотом - все водные жители либо переселялись в живые реки и озера, либостановились болотниками и болотницами.Одна из наиболее оригинальных трактовок образа берегинь принадлежит Д.К.Зеленину:«Поскольку русалки часто появляются на берегах рек, постольку название берегинь было бы к ним приложимо. Но в народных говорах название это неизвестно. Судя же по контексту речи, под берегинями" в слове (т.е. в двух древнерусских поучениях, известных по рукописямXIV- XV вв. –М.В.) разумеются скореене русалки, а весьма близкие к русалкам сестры- лихорадки.Согласно народным верованиям, вода – традиционное местообитание не только лихорадок, но и многих болезней. Поэтому, следую логике Д.К.Зеленина, можно допустить, что связанные с водой берегини были не столько «непосредственными прообразами» сестер – лихорадок, сколько наделялись властью над болезнями (возможно были и персонификациями болезней.)


С конца 1920-х годов именно археология стала основным источником новых сведений о друидах. За последние годы новые раскопки и новые интерпретации значительно расширили наши знания о предыстории Европы, и, хотя пробелы в них все еще плачевно велики и постоянно напоминают о себе, а глубина нашего невежества во многих вопросах бесконечна, даже самый пессимистично настроенный историк должен будет признать, что сейчас появилась возможность создания некой связной и последовательной схемы. Однако прежде чем мы перейдем к рассмотрению археологических свидетельств, следует критически обозреть то, что уже имеется по этому вопросу сначала в общем виде, а затем в контексте нашего конкретного исследования.

В свое время была дискуссия относительно природы археологических находок прошлых лет. Однако для многих абстрактные размышления о происхождении и характере науки, которой они занимаются, казались не только тяжкими, но смущающими и даже ненужными. Так что среди профессиональных археологов »ТОТ вопрос не получил заслуженного внимания, а широкая публика вообще не видела в этом проблемы. Мо это вопрос фундаментальный, особенно, как мы УВИДИМ и дальнейшем, когда дело касается друидов.

Мы принципиально разделили «друидов, как бы известных» нам от «друидов, какими мы бы хотели их видеть», то есть «желаемых друидов». С одной стороны, картина, основанная на логических выводах, с другой — подогнанная под заданную идею. Последнее время историков стал волновать вопрос о природе «факта в истории». Многие ученые ощутили ошибочность точки зрения о том, что «исторические факты» существуют независимо от историков и их интерпретаций. Еще более обманчивыми становятся привычные исторические ярлыки, такие, как, например, «Французская революция», которые используются так, словно это некий независимый агент, способный действовать самостоятельно: «она пробудилась и совершила» то или другое. Археологи обязаны относиться настороженно к таким проблемам и помнить, что научное описание «фактов» есть «наблюдение данных, связанных с прошлым или настоящим».

«Сырье предыстории не люди, но вещи», — сформулировал научный подход Аткинсон. Археологические свидетельства сами по себе есть предметы, случайно сохранившиеся и выжившие остатки человеческой культуры. Они становятся археологическим фактом после того, как археологи увидели и опознали их, как таковые. Из этих фактов можно сделать прямые выводы, которые будут справедливы, если, как выразилась Маргарет Смит, «все свидетельства могут быть подтверждены эмпирически, и к ним ничего не было добавлено», то есть выводы есть «лишь парафраз эмпирических наблюдений». Так происходит, когда используются лишь археологические свидетельства, то, что Хаукс назвал «свободной от текста» ситуацией, в противовес «поддержанной текстом». При изучении друидов мы связаны с ситуацией, «поддержанной текстом», и потому, работая с археологическими свидетельствами, не должны использовать их логически некорректно. Как мы увидим далее, чтобы установить корреляцию между друидами и археологическими находками, которые могут быть им приписаны, требуется не выводы делать, а домысливать.

Используя строго археологические, «свободные от текстов» свидетельства в стремлении передать их привычными терминами, характеризующими человеческую деятельность, мы должны понимать, что ценная информация, заключенная в них, строго ограничена. Хаукс предложил четырехступенчатую шкалу восходящей трудности и нисходящей достоверности археологических интерпретаций, начиная с технологии, на которой должны основываться здравые выводы, и далее более сложной вещественной экономики, которую все же можно оценить с достаточной степенью надежности. Следующая ступень — выводы о социальной структуре прошлого — становится еще более сложной и неопределенной: большое отдельно стоящее строение на плане первобытного городища называют жилищем вождя, хотя его с равным успехом можно счесть святилищем, хижиной для общих собраний, амбаром или ни тем, ни другим и ни третьим. Ниже, на страницах этой книги, мы столкнемся и с этой проблемой.

А о чем можно заявить с уверенностью, когда дело касается религии и духовной жизни народа, кроме туманных фраз, не имеющих особого смысла? Как сказал Уилер: «Археолог способен найти бочку, но просмотреть Диогена». Маргарет Смит прокомментировала это замечание и проблемы «хижины вождя» следующим образом: «Ждать от археолога, чтобы он сделал логический переход от хижины к вождю и от бочки к Диогену, все равно что требовать от него логической алхимии... нужно признать, что нет разумной логической связи между некоторыми аспектами деятельности человека и свидетельствами, оставшимися на долю археологов». И менее всего, должны добавить мы, этого можно ожидать в нашем случае, потому что тут мы имеем дело с религией, жречеством, верованиями и ритуалами.

Но должны ли мы принять полностью такую пораженческую точку зрения относительно археологических свидетельств о религиозных отправлениях обществ, не имевших письменности? Изобилие статей и книг о первобытных религиях доказывает, что многие категорически с этим не согласны. Однако именно это вынуждает других скептически проверять и перепроверять основания наших знаний. При ближайшем рассмотрении оказывается, что утверждения ряда работ берут начало не в научных выводах, а в домыслах, которые, разумеется, они таковыми не считают. Так, например, относительно палеолита пишут: «Современный историк начинает описание этого периода с допущения того, что ему отлично известны заботы и тревоги людей палеолита: охота, магия, тотемизм и тому подобное. С этой точки зрения он интерпретирует искусство палеолита, привлекая этнографические параллели... не только не систематически... но касающиеся сильно отличающихся друг от друга племен». Вследствие этих частых неподтверждаемых допущений, которые представляют нам, как выводы из археологических свидетельств, мы должны быть крайне осторожны.

«Археология не может иметь дело с мифами, — писал Фокс, встревоженный этой проблемой, — но она может... отыскать, проанализировать и оценить ритуал». (Если под ритуалом понимать «предписанный порядок отправления религиозных или иных торжественных служб».) «При этом должно быть ясно, — пишет он далее, — что только некоторые действия, связанные с этими службами, оставляют материальные следы». Другими словами, среди следов человеческой деятельности, представляемых нам археологией, есть такие, которые можно выделить и охарактеризовать как иррациональные и не имеющие практического применения: это и есть акты, связанные с религией. Многие археологические свидетельства ритуалов, по Фоксу, связаны с погребениями, но религии обычно не разграничивают места для погребения и святилища. Архитектура, в широком смысле, все здания, какими бы временными и примитивными они ни были, есть трехмерное более-менее долговечное строение для какой-то формы человеческой активности, статичной или мобильной. А в число человеческой активности, как мы уже указывали, слег дует включать и ритуальные церемонии. Они требуют для себя специально организованных мест, имеющих формально планируемую структуру, пространственные элементы которой связаны в определенную композицию. Святилища, храмы, погребения и священные ограды должны быть различимы в археологических свидетельствах, иногда явно, иногда по разумным аналогиям и допущениям, но честно и непредвзято, без попыток «логической алхимии».

Если нам удается отождествить подобные структуры с археологическими ассоциациями, хронологическим положением и географическим распространением соответствующим местам кельтской материальной культуры, разумно будет предположить — хотя бы во избежание ненужного умножения гипотез, — что они представляют собой неотъемлемую часть кельтской жизни. Мы можем связать данное святилище с именем божества, если имеется какое-то эпиграфическое свидетельство в виде надписи, дающее археологической находке текстовую поддержку. Однако поскольку до сих пор не обнаружено никаких дохристианских надписей, в которых фигурировало бы слово «друид», любая связь их с данным местом археологических раскопок может быть лишь неподтвержденным допущением при нынешнем уровне наших знаний.

Итак, у нас имеется некоторое число текстуально неподтвержденных свидетельств мест отправления кельтских религиозных обрядов и наш вывод. Что эти свидетельства действительно относятся к кельтам, подкрепляется документально. К счастью, об этой культуре и этом периоде в археологии имеются частично подтверждающие их письменные источники. Мы действительно можем иногда что-то сказать о том, каким образом и когда использовались некоторые места церемоний. Но мы всегда должны помнить, что на все археологические вопросы, начинающиеся со слова «Почему?..», есть короткий, простой и абсолютно корректный ответ: «Мы не знаем и, вероятно, никогда не узнаем». Но сказавший это Аткинсон также верно напоминает нам, что мы не имеем права «укрываться в самодовольном невежестве, взывая к строгим канонам археологических свидетельств, когда перед ними ставят вполне законные вопросы такого рода». Мы должны с предельной четкостью заявить, что, делая попытку ответить на эти вопросы, «предаемся рассуждениям по поводу предметов, о которых нет никакой возможности узнать что-либо наверняка».



Народные рецепты красоты
© 2012 Мир народной медицины | Все права защищены.Копирование материалов запрещено
Яндекс.Метрика